Страх в музее

В этот музей в темное время суток и в меланхолии лучше не ходить. По крайней мере, смотровую площадку на его крыше надо запирать, а то неровен час впечатлительные барышни, а то и дамы и джентльмены сверху начнут кидаться.

Шляпы в Думе

С нелегкой руки всякого рода михалковых (не семейного клана Михалковых, а социального явления — талантливые люди, но преглупые граждане) укореняется мнение, что дореволюционная Россия это наша «Бель эпок» — прекрасная эпоха. Идет процесс подмены исторических реалий придуманными идеологическими конструкциями в духе «Православие, Самодержавие, Народность».

Третьего ноября мы с четой Лапшиных посетили историческую столицу  посткиевской Руси — город Владимир. Никакого отношения к отмечавшемуся четвертого ноября дню Единой России поездка, конечно же, не имела — так совпало, хотя, совпало как-то так в тему.

Среди прочего мы посетили музей российского быта 19 века, который размещается в здании бывшей водонапорной башни на Спасском холме. Смотровая площадка на крыше музея — самая высокая точка города. И вот это, я вам доложу, был чистый ужас (не вид со смотровой площадки, а музейная экспозиция). Сначала все кажется смешным, но постепенно начинаешь сомневаться: уж не Хичкок ли это придумал?!

Удивляет смелость владимирских музейщиков. Например, в Иванове, которое стараниями «команды профессионалов» бывшего губернатора Меня стало разновидностью современной российской «Бель эпок», такую экспозицию цензура точно бы не пропустила.

Условия жизни во Владимире, быт, нравы и прочее наверняка имели определенную специфику, но мне представляется, что музейная экспозиция точно описывает то, что было характерно для всей русской части России. Напомню также, что Владимирская губерния была в те времена намного больше, и в нее входила и большая часть нынешней Ивановской области.

В 1833 году министр народного просвещения граф Сергей Уваров писал в докладной записке царю: «Открывается ясно, что таковых начал, без коих Россия не может благоденствовать, усиливаться, жить — имеем мы три главных: 1) Православная Вера. 2) Самодержавие. 3) Народность». Какую же картину наблюдаем мы спустя пятьдесят лет в древнем Владимире, когда эти мудрые уваровские мысли стали полноценной государственной идеологией и нормой жизни?

Небольшая цитата из «Ежегодника Владимирского губстаткомитета. 1880 г.» (привожу на современном русском): «Жителей во Владимире — 18000. Средняя жизнь владимирского жителя 26 лет, тогда как русский вообще живет 27 лет, француз 35 лет, немец 32 года, англичанин 38 лет. Во Владимире из 100 детей только 45 доживают до 7 лет».

«Здесь нет ни больших фабрик, ни заводов. Наибольшего развития достиг завод восковых свечей, производятся также некоторые фабрикаты: обувь, платье, шляпы, водка» — В. Георгиевский. Город Владимир на Клязьме и его достопримечательности. 1896 г.

«Распределение жителей г. Владимира по сословиям и социальным группам: дворян — 1778; духовных — 485; купцов — 856; военных — 1644; разночинцев — 551; мещан — 4202; крестьян — 747.»

Даже без всяких допущений социальная структура ну точно, как сейчас: бюджетники — вот основа общества. Только нефтегазовых доходов у России тогда еще не было, поэтому с медициной все было совсем плохо. Следующая цитата из «Ежегодника Владимирского губстаткомитета» за 1880 год словно списана из нашей сегодняшней жизни:

«При слабой хозяйственной деятельности город наполнен интересами служебного люда: чиновное сословие пустило здесь корни и ежегодно исписывает стопы бумаги, рассылая во все концы губернии приказы, циркуляры, отношения, предложения, повторения и пр. Получая за свои труды изрядную сумму, чиновники дают заработок остальному населению, и это взаимодействие составляет пульс владимирской жизни».

Но каков Владимирский губстаткомитет, а? За такую аналитику сегодня можно здорово себе навредить, при либеральном губернаторе Мене и должностью поплатиться. Интересно, для кого это писалось, а точнее, кто это читал? Наверное, только марксисты и народовольцы.

А вот следующий релиз губернского статкомитета, после прочтения которого начинаешь подозревать, что большевики спасли Россию (прости, Господи!):

«Во Владимире 110 мест питейной торговли, то есть 1 на 164 жителя, тогда как во всей России 1 на 1200 жителей, продается в год 57 тыс. ведер водки, по 6,4 ведра, если считать лиц мужского пола 20-75 лет».

«Прежде дворян было больше, но после 1861 года, когда, не справившись с новой формой хозяйства, дворяне стали эмигрировать в столицы, веселая жизнь помещиков кончилась, дворянская улица присмирела, конские бега исчезли; теперешняя интеллигенция больше пришлая».

А нам про какую-то ленинскую «Искру» сказки рассказывают, что, мол, из нее разгорелось пламя. Нет, пламя разгорелось из сводок Владимирского губстаткомитета.

Конкурс красоты

 

Любовь

 

Буфет

 

Левитан

Вас заинтересует

Читайте также