Культурный «капитал»

Открытое письмо председателю Ивановского отделения Союза писателей России от профессора филологии Вадима Смирнова.

В редакцию сетевого издания «Иваново» (ivanovolive.ru) обратился доктор филологических наук, профессор Ивановского государственного университета Вадим Андреевич Смирнов с просьбой опубликовать открытое письмо председателю Ивановского отделения Союза писателей России Юрию Орлову.

Письмо, разумеется, публикуем, поскольку оно, очевидно, касается важной и тонкой сферы ивановской культуры в контексте российской и еще более тонкой грани отделяющей культуру от антикультуры.

Письмо требует некоторых фактологических пояснений, которые даны в конце публикации. Хотя, для группы деятелей культуры и околокультуры ивановско-плесско-парижской тусовки все, возможно, и так понятно.

***

Открытое письмо

Председателю Ивановского отделения Союза писателей России Ю. В. Орлову

Уважаемый Юрий Васильевич!

Вы хорошо знаете, что с 1988 года я занимаюсь изучением творчества Николая Павловича Смирнова. И в «Рабочем крае», и в наших университетских сборниках были опубликованы найденные мною в архиве писателя письма Ирины Одоевцевой, Галины Кузнецовой, Леонида Зурова. Всё это пусть небольшой, но с моей точки зрения весьма существенный вклад в изучение творческого наследия писателя.

И вдруг в Вашем альманахе «Откровение» 2013 года № 19 я встречаю те же письма, но без всяких комментариев, без всяких ссылок на меня, опубликованные бывшей сотрудницей музея-заповедника г. Плёса А. А. Гайдамак. Всё это естественно меня смутило, однако дальше больше. Я узнаю, что А. А. Гайдамак устраивает творческие вечера, вечера памяти Смирнова, везде говорит о том, что она больше 20 лет занимается исследовательской деятельностью. Хотя ничего нового она не открыла и не опубликовала.

Сразу же возникает вопрос, а для чего нужна эта шумиха, кто наживает себе «капитал»?

Обращаюсь я к Вам не из-за уязвлённого самолюбия, а желая разобраться, по существу. Если писательская организация поддерживает А. А. Гайдамак, то получается, что и она причастна к не совсем красивому делу. Более того, на творческих вечерах, на которые приглашаются литературные сотрудники из Москвы, других городов, А. А. Гайдамак выступает с чтением якобы своих стихов. Их исполняют юные музыканты в полной уверенности, что это творческий вклад в нашу поэзию.

На самом деле нетрудно убедиться в том, что А. А. Гайдамак выдаёт за «свои» стихи Сергея Сергеевича Бехтеева («Молитва» – 1917 год), Игоря Северянина («Муза» – 1909 год) и др. Количество фактов литературного воровства можно было бы привести больше, но для меня ясно одно: человек, который пользуется чужими трудами, как своими, не может считаться порядочным, а её дутая известность не что иное, как желание во что бы то ни стало «прославиться». Думаю, что такая дутая слава никому не нужна.

С уважением
проф. В. А. Смирнов.

***

Анна Гайдамак двадцать лет назад приехала в Ивановскую область из Алтайского края, живет в Плесе. С тех пор ведет неустанную работу на ниве культуры. После оставления должности старшего научного сотрудника Плесского государственного музея-заповедника повысила градус активности.

Гайдамак организовала в Плесе Международный музыкально-поэтический фестиваль «Плёсская муза», посвященный памяти того самого Николая Смирнова, о котором пишет в своем открытом письме профессор Вадим Смирнов (они не родственники).

Пока состоялся один фестиваль, идет подготовка к следующему. Будем надеяться, что он либо не состоится, либо пройдет без участия Гайдамак.

В качестве примера плагиата привожу отрывок из книги Гайдамак «В незакатном свете» и стихотворение Игоря Северянина «Муза».

Книга была издана на средства «Благотворительного фонда «Гордость Отечества», то есть владельца торгового комплекса «Серебряный город» Кирилла Игнатьева, который в Иванове и Плесе, помимо прочего, проходит по разряду «меценаты».

Хотелось бы, чтобы наши меценаты все-таки сознавали свою ответственность, и хоть как-то участвовали в культурном процессе изнутри, а не только для присвоения самим себе этого неформального звания. Например, уже слегка подташнивает от череды бессмысленных выставок, где художественные критерии заменены надписями, свидетельствующими о том, что картина написана в Плесе и на ней изображен Плес.

Анна ГАЙДАМАК

У старого погоста древний храм,
Звон колокольный раздаётся,
Река вдали. Послушница ветрам,
Качель волны всё к горизонту рвётся.

Здесь в вековечной тишине дубрав,
Когда застыла кисть над холстом,
Явилась Муза в позолоте трав,
И облако исчезло над погостом.

В ней не было античной красоты,
Но как глаза прекрасны и лучисты!
В её словах надежда и мечты,
Её уста нежнейшие так чисты. 

Она коснулась моего чела –
И кровь застывшая вскипела,
По жилам закосневшим потекла,
И сердце вдохновлённое запело.

К лицу прижав лицо, вся – шорох струй,
Шептала мне осеннюю балладу…
О, Музу, Муза чаще мне даруй
Свою благословенную отраду.

Плёс, 2009

Из книги «В незакатном свете»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Игорь СЕВЕРЯНИНМУЗАВолнистый сон лунящегося моря,
Мистическое око плоской камбалы,
Плывет луна, загадочно дозоря
Зеленовато-бледный лик сомнамбулы.
У старых шхун целует дно медуза,
Качель волны баюкает кораблики,
Ко мне во фьорд везет на бриге Муза
Прозрачно-перламутровые яблоки.
В лиловой влаге якорь тонет… Скрип.
В испуге колыхнулась пара раковин,
Метнулись и застыли стаи рыб,
Овин полей зовет и манит в мрак овин.
Вот сталью лязгнул бриг о холод скал,
И на уступ спустилась Муза облаком.
Фиорд вскипел, сердито заплескал
И вдруг замолк, смиренным строгим обликом.
Она была стройна и высока,
Как северянка, бледная и русая,
Заткала взор лучистая тоска,
Прильнув к груди опаловою бусою.
Нет, в Музе нет античной красоты,
Но как глаза прекрасны и приветливы!
В ее словах – намеки и мечты,
Ее движенья девственно кокетливы.
Она коснулась ласково чела
Устами чуть холодными и строгими
И яблоки мне сыпать начала,
Вдохновлена созвездьями высокими.
К лицу прижав лицо, вся – шорох струй,
Запела мне полярную балладу…
О Муза, Муза, чаще мне даруй
Свою неуловимую руладу.
И яблоко за яблоком к устам,
К моим устам любовно подносила.
По всем полям, по скалам и кустам
Задвигалась непознанная сила.
Везде заколыхались голоса,
И вскоре в мощный гимн они окрепли:
Запело все – и море, и леса,
И даже угольки в костровом пепле.
А утром встал, под вдохновенья гром,
Певец снегов с обманчивой постели,
Запечатлев внимательным пером
Виденья грез в изысканной пастели.Октябрь 1909

Однако самое вопиющее (по-другому не скажешь) произошло на том самом первом Международном фестивале памяти Николая Смирнова, где не было ни одного иностранца.

Анну Гайдамак объявили автором стихов к песне, хотя, на самом деле их написал в 1917 году русский белый офицер Сергей Бехтеев (1879–1954 гг.).

Стихотворение «Молитва» было послано в октябре 1917 года через графиню А.В. Гендрикову Их Императорским Высочествам в город Тобольск.

Это уже не плагиат, а чистой воды мошенничество.

Вот текст «Молитвы», а затем видео, на котором присутствует «автор» Гайдамак. В конце «автор» кланяется публике.

Молитва

Посвящается Их Императорским Высочествам
Великим Княжнам Ольге Николаевне и Татьяне Николаевне

Пошли нам, Господи, терпенье,
В годину буйных, мрачных дней,
Сносить народное гоненье
И пытки наших палачей.

Дай крепость нам, о Боже правый,
Злодейства ближнего прощать
И крест тяжелый и кровавый
С Твоею кротостью встречать.

И в дни мятежного волненья,
Когда ограбят нас враги,
Терпеть позор и униженья
Христос, Спаситель, помоги!

Владыка мира, Бог вселенной!
Благослови молитвой нас
И дай покой душе смиренной,
В невыносимый, смертный час…

И, у преддверия могилы,
Вдохни в уста Твоих рабов
Нечеловеческие силы
Молится кротко за врагов!

г. Елец, Октябрь 1917 г.

Вас заинтересует

Читайте также